Неточные совпадения
— Яков, вели Кузьме проводить домой Акима Акимыча! — приказывала бабушка. — И проводи его сам, чтоб он не ушибся! Ну, прощай, Бог с тобой: не кричи, ступай,
девочек разбудишь!
Их разговор
разбудил маленькую Маню.
Девочка заспанными темными глазками посмотрела на старика и улыбнулась заспанной блаженной улыбкой.
Мудрено сказать, что
побудило ее к этому: фамильная гордость, участие к ребенку или ненависть к брату, — как бы то ни было, жизнь маленькой
девочки была некрасива, она была лишена всех радостей своего возраста, застращена, запугана, притеснена.
Последней полусознательной Дуниной мыслью было броситься
будить Антонину Николаевну, помещение которой находилось по другую сторону умывальной комнаты. Едва владея собою,
девочка бросилась к двери.
Иногда ночью она прокрадывалась к постели Сони Кузьменко, «приютской подвижницы», как ее называли частью в насмешку, частью из зависти к ее религиозности другие воспитанницы, и,
разбудив спящую
девочку, трогательно умоляла ее помолиться о здравии болящей отроковицы Наталии.
Убив дитя, она будто сейчас же положила его в ночвы, а потом разняла на части, посовала в горшок и поставила в печку, чтобы мясо сварилось, а «утробку» на загнетке в золе сожгла, и ночвы и стол вымыла, и тогда
побудила старшую
девочку и сказала ей...
— Ну тогда Бог с тобою, иди, моя
девочка, только тихонько, не шуми и, если княжна спит, не
буди ее. Слышишь?
Прости, Бога ради, Тася, милая, — и с трудом сдерживая глухое рыданье, чтобы не
разбудить нм спящих
девочек, горбатенькая Карлуша скользнула от Тасиной кровати и бросилась в свою постель.
Пришли туда, а душегубы все вповалку, натрескавшись, лежат, где кто упал. С ними и пьяная баба. Обыскали их первым делом, забрали деньги, а когда поглядели на печку, то — с нами крестная сила! Лежит лесникова
девочка на вениках, под тулупчиком, а голова вся в крови, топором зарублена.
Побудили мужиков и бабу, связали руки назад и повели в волость. Баба воет, а лесник только мотает головой и просит...
— Пойдем, пойдем отсюда! —
будит ее
девочка.